Мундир вам к лицу. Разнообразие и единство фигурок

Мундир вам к лицу. Разнообразие и единство фигурок

Александр Попов – не первый художник, приобретший в свою коллекцию собрание солдатиков. Его тезка, Александр Бенуа, основатель знаменитого художественного сообщества «Мир искусства», с детства горел военно-историческими фигурками. Ребенком у него было несколько сотен игрушечных солдатиков: оловянных, бумажных, даже вырезанных из игральных карт. А. Бенуа сохранил свое увлечение, будучи уже взрослым человеком, профессиональным живописцем, и впоследствии его собрание фигурок было передано в музей. Однако А. Попов не просто коллекционировал солдатиков, а подошел к ним творчески, как художник, расписав темперой их лица.

Каждое лицо оказалось решено в соответствии с цветовой гаммой костюма и элементов обмундирования. Так, синей униформе западноевропейского солдата 1700 г. и его серебристому под металл шлему соответствуют стального оттенка глаза, лиловые тени вокруг них, «посеребренные» белилами усы и синеватая тень щетины. Фиолетовые вкладки через фронт шинели у красноармейца и звезда на его будёновке перекликаются с его лилово-розовыми губами. В отличие от листов бумаги и картона, из которых склеены фигурки и которые однородны по цвету, кожа лиц солдатиков соткана живописцем из целого разнообразия оттенков: розоватых, лиловых, серых, синеватых, желтоватых, красноватых, – и при этом положена достаточно плотным, фактурным слоем краски.

Живописными средствами удается придать лицу, более или менее гладкому и уплощенному, дополнительный визуальный объем, оформить его рельеф.

Роспись А. Попова отвечает солдатикам не только по цвету, по палитре, но и стилистически, по манере. Фигурки В. Малявкина, послужившие основой живописцу, сами по себе напоминают деревянные игрушки, они немного скованные, неловкие, но очень трогательные. Так же и лица солдатиков вышли намеренно несколько карикатурными, с преувеличенными чертами, как у персонажей анимации, что только усиливает впечатление «игрушечности».

Расписав лица, А. Попов наделил солдатиков яркой индивидуальностью. Все они получились уникальными и характерными. Бороды, бакенбарды, усы соответствуют исторической эпохе и географическому происхождению солдатика. Фигурки отличаются по цвету глаз, чертам и пропорциям лиц. При этом все лица выдержаны в единой стилистике, единой образности: с длинными широкими носами, подернутыми красной краской; широкими узкими глазами, погруженными в тень; и румяными округлыми подбородками.

На всех лицах лежит общий отпечаток равнодушия и отстраненности, но при этом присутствует ясно прочитываемый характер, личная история персонажа, угадываемая за его непроницаемым выражением, каждый раз разная.

Есть лица жесткие, есть глупые, есть совершенно созерцательные и флегматичные, хитрые и лукавые, сосредоточенные и исполненные уверенности, юные и повидавшие жизнь. Каждый солдатик провоцирует новый виток воображения и размышлений о его пути. Таким образом, А. Попов привнес в коллекцию фигурок, уже изначально довольно самобытную, неповторимую индивидуальность. Обычно лица солдатиков расписываются теми же мастерами, что их лепят, отливают или клеят, поэтому они часто достаточно схематичны и условны, ведь миниатюрист мыслит их как часть единого целого, где на первый план выступает точность амуниции солдатика, его вооружения, общий образ, эффектность, а не уникальность и оригинальность его лица. Фигурки могут также расписываться любителями-коллекционерами, которые приобретают готового солдатика, например, отлитого по форме, выполненной художником-миниатюристом, и после покупки сами раскрашивают фигурку, но в таком случае лицо снова становится лишь неосновной, периферийной частью целого. А. Попов, однако, создал солдатикам из своего собрания собственную историю, сохранив при этом целостность как каждой отдельной фигурки – мастер всегда учитывал цветовое решение солдатика, – так и всей коллекции, работая в одинаковой стилистике и применяя к каждому солдатику схожие живописные приемы.