У каждого собирателя – свой почерк

Статья. Отпечаток личности. У каждого собирателя – свой почерк.

Любая коллекция искусства несет на себе отпечаток личности коллекционера. У каждого собирателя – свой почерк, свой индивидуальный подход к коллекционированию. Например, Сергей Щукин, один из крупнейших российских меценатов начала XX века, покупал произведения очень импульсивно, собирал самые сливки с современной французской живописи, самые авангардные, радикальные работы. Его современник и в какой-то мере соперник Иван Морозов предпочитал более вдумчивый, аналитический подход. Несколько лет он потратил на то, чтобы изучить историю искусств, и лишь после приступил к покупкам, собрав не менее выдающуюся, чем у Щукина, коллекцию, а каких-то художников, не сразу понятых Сергеем Ивановичем, в частности, Пьера Боннара, открыл и оценил раньше.

Менее масштабные, более камерные коллекции тоже обладают своим неповторимым лицом и шармом.

Так, своеобразно собрание фигурного стекла художника Александра Попова и его супруги Надежды Вихровой. Очевидно, что свою коллекцию живописец собирал не как ученый, не как исследователь феномена фигурного стекла, а именно как художник: кажется, его прежде всего интересовало, насколько бутылка примечательна с точки зрения формы или цвета, а не ее места в истории этого вида декоративно-прикладного искусства. В связи с этим в коллекции могут повторяться бутылки, выполненные по одному лекалу, однако они почти всегда несколько отличаются в деталях – внимательный глаз художника легко их подмечал.

Так, в собрании есть три почти одинаковых по форме «Балалаечника», однако они несколько разнятся по тону стекла: одна из бутылок совершенно прозрачная, другая отливает серебром, а третья отдает желтовато-зеленоватым оттенком. Бюсты А.С. Пушкина, в свою очередь, отличаются пропорциями и посадкой головы. Кроме того, у одной бутылки есть изысканная фигурная пробка. «Медведей с медалью за пьянство» вообще целых пять, но все они отличны по цвету стекла и менее очевидно – по форме: какие-то медведи более натуралистичны, какие-то более неловкие, косные и напоминают, скорее, народную игрушку. Пивные бутылки вообще, кажется, абсолютно идентичны, однако, если приглядеться, и здесь можно обнаружить крошечные, но важные отличия. Какая-то бутылка приземистее, какая-то стройнее, но главное, все они вновь разнятся по тону стекла, переливающегося самыми разными оттенками – от травянисто-зеленого и малахитового до насыщенного коричневого и черного.

Несмотря на то что в собрании представлены бутылки самого разного происхождения, из разных стран – есть вещи из Португалии, Тринидада и Тобаго, Испании, Перу, – коллекцию трудно назвать состоящей из уникальных предметов. Тем не менее они все равно обретают в коллекции свое законное место из-за диапазона оттенков и разнообразия деталей, а также качества их исполнения: эти бутылки просто-напросто интересно рассматривать и сравнивать между собой. В собрании нет системы – но коллекционер и не ставил перед собой задачи продемонстрировать географическое разнообразие фигурного стекла или показать эволюцию его развития в России.

Можно попробовать выделить несколько основных критериев, согласно которым складывалась коллекция.

Во-первых, это цвет. В этом случае типовой характер продукции играл на руку собирателю – на примере одной формы можно было показать, как меняется впечатление от бутылки в зависимости от оттенка материала, каковы в принципе возможности цвета в фигурном стекле. Во-вторых, собственно, сама форма. Опять же, типовая продукция позволяет продемонстрировать, как малейшие детали вроде отклонений в пропорциях меняют художественное впечатление, эффект, производимый бутылкой. Иностранные бутылки, пусть типовые и не слишком на момент их приобретения антикварные, удачно соответствовали обоим критериям: они были и ярко раскрашены, отвечая представлению о колоритной культуре испаноязычных стран, и, кроме того, принимали форму экзотических персонажей – чернокожих моряков или подражаний ранней южноамериканской керамике.

Если смотреть на коллекцию А. Попова под углом его профессиональных приоритетов, из-за которых основным принципом отбора при ее сложении стало именно художественное решение бутылок, а не их историческое значение, собрание сразу обретает свою особую внутреннюю логику.